sergeserov (sergeserov) wrote,
sergeserov
sergeserov

Аркадию Троянкеру 75






Борис Трофимов


Евгений Добровинский


Владимир Чайка




Анатолий Гращенко


Алина Сибирякова


Максим Деревянкин


Катерина Терехова

Феерический праздник, посвященный 70-летию выдающегося мастера графического дизайна Аркадия Троянкера, кажется, был совсем еще недавно. Еще свежи яркие воспоминания. А вот уже на календаре - его 75-летие. Как это может быть? Время бежит неумолимо и стремительно. Но над Троянкером время не властно. Он все так же великолепен, монументально возвышаясь над потоком времени подобно колонне Траяна, шрифт которой послужил образцом для всей европейской типографики.

КОЛОНКА ТРОЯНКЕРА

Для меня Троянкер олицетворяет отечественный авангард 60-х. Так называемый «второй авангард». Во всяком случае – ту модернистскую революцию, которую молодые дизайнеры, вчерашние студенты Полиграфа и Архитектурного, устроили в книжно-журнальном дизайне.

Еще учась в Полиграфе, Троянкер оформил ежегодник «День поэзии» за 1964 год, сотрудничал с разными издательствами. Из института его выгнали, уже на дипломе, за самостоятельность и авангардизм. Диплом он всё же защитил – через год, с курсом, где учились Максим Жуков и Юрий Курбатов.

Вместе со своими молодыми и дерзкими друзьями Троянкер делал рекламу в журнале «Советский экспорт». Занимались «Советским фото», «Декоративным искусством СССР», «Технической эстетикой».

В «искусство книги» они внедряли современные шрифты, модульную сетку, флаговый набор, швейцарский абзац, минимализм, конструктивность, функциональность, принципы серийного проектирования. Троянкер разработал строгие и точные принципиальные макеты серий «Памятники древнего искусства», «Проблемы материально-художественной культуры», «История эстетики в памятниках и документах», «Письма, дневники, воспоминания». Он делал книги в издательстве «Искусство», где Максим Жуков стал художественным редактором. «Древнерусскую иконопись» Михаила Алпатова, «Скульптуру Древней Руси» Георгия Вагнера, «Искусство и жизнь» Уильяма Морриса, сборники «Откровения телевидения» и «Русскую театральную пародию»…

К урокам швейцарской школы, пройденным по книгам Йозефа Мюллер-Брокманна, Армина Хофмана и Эмиля Рудера, переводимым и пересказываемым друг другу, добавлялись методы классического книжного дизайна, почерпнутые у Хью Вильямсона и Яна Чихольда. Всё это бесконечно обсуждалось, на них накладывались собственные размышления, художественная страсть и темперамент.

Узок был их круг. Несколько десятков имен. Среди них я всегда выделял три: Максим Жуков, Михаил Аникст, Аркадий Троянкер. Типа как три богатыря. Первые два давно далече, Жуков – в Нью-Йорке, Аникст – в Лондоне…

Они делали книги по отдельности и вместе. Троянкер с Жуковым. Троянкер с Аникстом. Им нравилось работать вместе. Они держались друг за друга. Делили престижные премии, полученные на крутых книжных конкурсах за пределами нашей Родины. Таких как «Самая красивая книга мира» или «Международная книжная ярмарка» в Лейпциге.

И – шишки, полученные внутри этих пределов. «Модуль есть – ума не надо». «Стремление к упорядочению может привести к обезличиванию и стандартизации окружающей человека визуальной среды, к оскудению его материального и духовного мира, к утрате эмоционального контакта с индивидуумом». «Характеристики выразительности, совершенства, гармонии не могут уложиться в прокрустово ложе теории информации». «Мы не можем больше терпеть некритическое, однобокое увлечение так называемым дизайнерским подходом с его однобокими, мертвыми схемами, приводящими к нивелировке, стандартизации, обезличиванию»…

Из-за книги «Эльзивиры» Аникста и Троянкера между молодыми дизайнерами и академиком Бисти разгорелся жаркий спор.

Бисти: «Вот титул. Чисто эстетически разве может быть такой титул? Он не организован...». Троянкер: «Как не организован? Он в системе, но в системе, заданной изнутри книги!». Бисти: «Но если он так некрасив – а я могу сказать в данном случае, что это некрасивый титул – значит, и система никуда не годится». Аникст: «Просто тут должны быть другие критерии: этот титул – функция внутренней структуры». Бисти: «Значит и структура никуда не годна». Троянкер: «Просто Вы применяете устойчивую эстетику, устойчивые понятия: «красив – некрасив», а мы хотим уйти от них». Бисти: «Скажите, вы этот титул зрительно искали или нет?». Троянкер: «Конечно! Но в пределах выработанной нами системы». Бисти: «Но вы чуть-чуть подвинули надпись, когда она уже села на ваши оси?». Троянкер: «Ни на йоту! Потому что здесь есть декларация принципов». Бисти: «Есть ведь еще естественный человеческий взгляд, которым мы смотрим на страницу, и он требует, чтобы все зрительно, а не умственно – стояло на своих местах. Почему здесь такой пробел, а здесь такой пробел? Это что небрежность?». Аникст: «С каких позиций небрежность?». Бисти: «С моих. С моих эстетических позиций». Троянкер: «Вы не правы. То, что Вы называете небрежностью – результат тщательной работы. Это «заданная случайность». Бисти: Но внутри полосы должна же быть какая-то гармония? А это не гармония, когда меня раздражает». Аникст: «Почему?». Бисти: «Почему? Я говорю, что меня раздражает, а вы говорите «почему»! Потому что существует не только математика! Вы же художники! Как вы могли не следить за тем, насколько органично смотрятся иллюстрации с текстом на полосе, я не понимаю». Троянкер: «Тут другое решение, другая система, в принципе». Бисти: «Нет, это просто нехорошо. Это никакая не эстетика – ни новая, ни старая, никакая!».

А по поводу книги «В стране литературных героев», сделанной Троянкером тоже вместе с Аникстом, было выпущено специальное Постановление Госкомпечати, в котором их оформление клеймилось как антисоветское.

Страшно далеки были они от народа. Но через какое-то время что-то из посеянного возмутителями спокойствия взошло, стало профессиональной нормой, а сами они оказались главными художниками разных издательств. Аникст – издательства «Советский художник», Жуков – «Мир», а Троянкер – издательства «Книга».

«Книга» – это целая эпоха в отечественном графическом дизайне. Грандиозный фирменный стиль издательства Аркадий Троянкер делал с Борисом Трофимовым. По-существу, это комплексная дизайн-программа, структурировавшая работу издательства в 80-е годы.

От советских времен остался и величественный долгострой Троянкера, неизданный альбом «Пиросмани». Колоссальное дизайнерское исследование творческой жизни художника. Его можно сравнить с «Шинелью» Юрия Норштейна, таким же ярким проектом-обещанием, уже получившим и в качестве анонса самостоятельную жизнь в культуре.

Потом Троянкер поддерживал перестроечную прессу, сделал несколько газет. Ближе к середине 90-х начали появляться журналы. А с 1994 по 2001 год Троянкер работал арт-директором еженедельника «Итоги». «Это был конвейер, изнурительное, но интересное занятие», – говорит он об этом. Потом был журнал «Журнал». Потом – снова занятия любимыми книгами, арт-директорство в издательствах «Дейч» и «Анатолия»...
http://kak.ru/columns/serov/a4421/

В последние годы вышло множество новых роскошных книг с дизайном Троянкера. Получила продолжение и развитие педагогическая тема. Незадолго до своего 70-летия Троянкер набрал авторскую творческую мастерскую в Высшей академической школе графического дизайна. За это время состоялся первый выпуск Мастерской, и Троянкер набрал новую Мастерскую - в паре со своим молодым коллегой Юрием Гулитовым. Педагогика пришлась по душе мастеру. Он делится со студентами своим опытом, учит их жизнестойкости, передавая свои представления о достоинстве профессии. А главное - свою любовь к графическому дизайну.

Коллеги, студенты, почитатели дизайнерского таланта Аркадия Троянкера с восхищением и любовью поздравляют его с 75-летием и желают многая лета!
Tags: Академия графического дизайна, Аркадий Троянкер, ВАШГД, Сама жизнь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments